検索キーワード： 歴史

In Dreamwalker: The Life and Mind of Carl Jung, James Johnson takes listeners on a journey through the life of one of history’s most enigmatic thinkers — from his mystical childhood in Switzerland to his groundbreaking exploration of the unconscious. But this isn’t just a biography. It’s a map of the psyche. As Jung walks deeper into dreams, myth, and madness, the listener is pulled along — discovering archetypes, shadows, and the strange mirror world within every human being. By the end, you’re not just learning about Jung.

GUARDIAN AUDIOBOOK OF THE WEEK 'remarkable and haunting testimony' 'Shocking... a damning portrait of a man who, in the name of psychiatric progress, left a trail of broken lives in his wake' Telegraph, five stars 'Compelling' Sunday Times and chosen as one of the best 80 books to take on...

Жизнь американского философа Уильяма Джеймса (1842—1910), ведущего представителя прагматизма и функционализма, которого принято называть "отцом современной психологии", не была богата событиями, не считая того, что он дважды удостаивался чести возглавить Американскую психологическую ассоциацию, основал в Гарварде, где бессменно преподавал, первую в США лабораторию прикладной психологии, а на склоне лет увлекся спиритизмом. Но зато после смерти великого ученого начались приключения его теорий, которые то опровергали и низвергали, то вновь возносили на пьедестал, то благополучно забывали — чтобы вернуться к ним десятилетия спустя.

Жизнь американского философа Уильяма Джеймса (1842—1910), ведущего представителя прагматизма и функционализма, которого принято называть "отцом современной психологии", не была богата событиями, не считая того, что он дважды удостаивался чести возглавить Американскую психологическую ассоциацию, основал в Гарварде, где бессменно преподавал, первую в США лабораторию прикладной психологии, а на склоне лет увлекся спиритизмом.

Leonardo da Vinci was searching for a way out of poverty when he started designing, tinkering, thinking, and training himself. He still sets the example hundreds of years later for how to be a genius. How to be the thinker that can excel in any environment. Leonardo da Vinci's Mental Models is a book about the various tools da Vinci used to help fuel the Italian Renaissance. He had a hand in everything, from weapons design, engineering, anatomy and physiology, art, and of course painting. Learn about this paragon of the brain and how to harness the techniques he used daily.

An updated edition of the classic history of schizophrenia in America, which gives voice to generations of patients who suffered through "cures" that only deepened their suffering and impaired their hope of recovery Schizophrenics in the United States currently fare worse than patients in the...

Endlich frei und selbstbestimmt leben. "Man muss nur fest genug daran glauben, dann kann man alles erreichen" – wir alle kennen solche Grundannahmen, die unser Denken, Fühlen, Handeln beeinflussen. Erziehung und Sozialisierung haben uns geprägt, wir hinterfragen solche Überzeugungen nicht, sondern nehmen sie als gegeben hin. Dabei beruhen sie oft auf überholten Fehlkonzeptionen und irrationalen Annahmen. Solche Mythen über die menschliche Psyche können uns stark belasten, davon ist Sacha Bachim überzeugt.

25 unflinching stories and essays from the front lines of the radical mental health movement Overmedication, police brutality, electroconvulsive therapy, involuntary hospitalization, traumas that lead to intense altered states and suicidal thoughts: these are the struggles of those labeled...

Genius is a fascinating subject which I’ve thought a lot about over my life. There are many books on the subject and they are all different with various viewpoints on what Genius is, who are geniuses, and why Genius is important. No two definitions of Genius are the same. In this book I attempt to cover the history of Genius, why it is important, famous Geniuses in history, and how you can develop a genius consciousness yourself.

Unshackled: A Journey Through the History of Mental Health takes listeners on an immersive narrative through the fascinating, often unsettling, evolution of mental health treatment—from medieval superstition and asylums to modern understanding and compassion. Through vivid storytelling and deeply human portraits, this book uncovers the true stories of individuals who shaped—and were shaped by—the changing tides of mental healthcare. Meet Margery Kempe, whose visions blurred madness and sainthood, and Dorothea Dix, whose relentless advocacy transformed mental institutions forever.

In 1896, Sigmund Freud presented his revolutionary “seduction theory,” arguing that childhood sexual abuse directly caused adult mental illness. Just nine years later, he completely reversed this stance, insisting these traumatic memories were mere fantasies. Why did Freud retract his original theory? And why has the psychoanalytic community gone to such lengths to conceal this critical reversal?

En este libro se sintetizan y explican, con preguntas y respuestas cuidadosamente elaboradas con total claridad y sustento por trece expertos del diván, esas ideas difusas que tenemos en la cabeza. Será un tesoro para aquellos curiosos que quieren profundizar en el conocimiento de la psique y entender por qué los humanos nos comportamos como lo hacemos. Para los futuros psicoanalistas será un acordeón maravilloso para traer bajo el brazo durante toda su formación acerca del excepcional mundo del inconsciente y sus alcances.

Voor de bestudering van gedragsevolutie zijn we aangewezen op eigentijdse experimenten en vergelijkingen met dieren. Op basis van de neodarwinistische evolutietheorie kan aangetoond worden hoe het gedrag van mens en dier zich ontwikkelt als gevolg van de strijd om het bestaan en de overleving van de geschiktste. Door het grote voortplantingsvermogen en de beperkte draagkracht van het milieu ontstaat er concurrentie. De verschillen in eigenschappen zijn erfelijk en daardoor ontstaat er een natuurlijke selectie van "betere" eigenschappen.

In der brandungsumtosten Einöde der nordwestlichen Küste Vancouver Islands begegnen zwei erfahrene Seekajaker der unbarmherzigsten Zuspitzung ihres sportlichen Lebens. Die psychologisch versierten Gefährten stehen in einer fundamentalen Auseinandersetzung mit dem "woken" Zeitgeist, dessen frontbildende Wirkung zunächst zwischen ihnen zu stehen scheint. Die furchtbaren Ereignisse lassen indessen den Konflikt als belanglos erscheinen.

What if your political identity, your core beliefs, and even your taste in snack food weren’t really yours? What if they were built out of language, hijacked by desire, and quietly manipulated by slogans, myths, and a Symbolic Order you didn’t ask to be born into? Welcome to the world of Jacques Lacan, where nothing means what it seems, and everything is your unconscious acting out.

Dieses Buch bietet ein fesselndes Eintauchen in die Welt der Hypnose und zeichnet ihre reiche und komplexe Geschichte von den mystischen Ritualen antiker Zivilisationen bis hin zu den modernsten therapeutischen Praktiken nach. Im Laufe der Jahrhunderte hat die Hypnose fasziniert, fasziniert und manchmal verstört, aber sie hat nie aufgehört, die Grenzen dessen, was wir vom menschlichen Geist verstehen, zu erweitern.

Книга "Род и отношения. Как история семьи влияет на личную жизнь?" погрузит читателя в хитросплетения Древа Рода и представит иной взгляд на то, что же такое "семья"? Почему она не ограничивается только кровными родственниками и о ком мы забываем, занимаясь генеалогией. Почему кто-то не может встретить вторую половину, а кто-то — живет на две семьи? Почему измены бывают нормой? Почему в семье не рождаются дети? Ответы на эти и другие вопросы вы можете найти, углубившись в историю своего Рода.

В новом издании знаменитый экономист и колумнист Яков Миркин рассматривает модели российского коллективного и семейного поведения во время войн, революций, реформ, репрессий, кризисов. В чем состоят особенности нашей психологии: как мы отвечаем на риски и вызовы в течение 300 лет? Какую реакцию на стресс из классической триады "Беги, замри, сражайся" мы выбираем? Какие личные и семейные стратегии можно применить в России для экономического роста и процветания в будущем?

He asumido hace tiempo que jamás lograré extirpar el dolor de mis pacientes, porque el dolor es parte constitutiva de la vida. No importa cuánto alguien se analice, de todos modos sufrirá si pierde un amor, o si muere un ser querido. El dolor es inevitable, pero no el padecimiento. Y esa diferencia es la que hace que cada día vuelva al consultorio. Sé que tampoco lograré que desaparezca en ellos la sensación, aunque a veces leve y susurrada, de soledad. Pero es así, pues, como decía aquella vieja canción, estamos todos solos.

This book is a profound exploration of the external influences that shape human consciousness, from healing rituals to digital devices. In this voyage through thousands of years of psychosomatic healing, distinguished anthropologist and sociologist Roger Bartra examines the placebo effect as a key to our understanding of human consciousness. Shamans and Robots demonstrates how biology and technology become intertwined within human culture by using the various histories of ritual and symbolic healing to speculate about future developments in artificial intelligence.